ЮРИДИЧЕСКИЕ УСЛУГИ

Благодаря высокой квалификации и опыту юристов Бюро, консультирующих по всему спектру вопросов защиты деловой репутации, мы снискали реноме одной из ведущих компаний в "репутационной" области.
 
 
 
 
 

10 ФАКТОВ

Стремление получить не просто хороший, а наилучший результат требует от юриста, кроме академических знаний и практического опыта, способности постоянно исследовать и учиться.
10 фактов о бюро...

Защита деловой репутации

Хлебокомбинат v. rubrikator.org и Роскомнадзор   /  2 мая 2021

Апелляция о компетенции судов в отношении заявления по ст. 265.1 КАС РФ и признании информации, распространение которой в Российской Федерации запрещено:

согласно части 1 статьи 265.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации от 08.03.2015 № 21-ФЗ (введена Федеральным законом от 28.11.2018 N 451-ФЗ) (далее – КАС РФ) с административным исковым заявлением о признании информации, размещенной в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», информацией, распространение которой в Российской Федерации запрещено, вправе обратиться прокурор, иные лица, которым такое право предоставлено законодательством Российской Федерации об информации, информационных технологиях и о защите информации.

К иным лицам, в соответствии с п. 2 статьи 17 Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ (ред. от 09.03.2021) «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», регулирующей ответственность за правонарушения в сфере информации, информационных технологий и защиты информации, относятся лица, права и законные интересы которых были нарушены в связи с разглашением информации ограниченного доступа или иным неправомерным использованием такой информации. Они вправе обратиться в установленном порядке за судебной защитой своих прав, в том числе с исками о возмещении убытков, компенсации морального вреда, защите чести, достоинства и деловой репутации.
Согласно части 2 статьи 265.1 КАС РФ административное исковое заявление о признании информации запрещенной подается в районный суд по адресу административного истца либо по адресу или месту жительства административного ответчика.

 

Участники ООО v. банк и газета Бизнес Оnline   /  28 апреля 2021

Редчайший случай, когда в деле о защите деловой репутации кассационная инстанция высказалась достаточно пространно о необходимости назначения судебной лингвистической экспертизы и об исковой давности применительно к «репутационным» спорам.

Определение характера распространенной информации для отнесения этой информации к утверждениям о фактах или к оценочным суждениям, мнениям,
убеждениям требует специальных знаний в области лингвистики. В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения, возникающих при рассмотрении дела, вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы.

Если при рассмотрении дела возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, и согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза не может быть назначена по инициативе суда, то при отсутствии ходатайства или согласия на назначение экспертизы со стороны лиц, участвующих в деле, суд разъясняет им возможные последствия не заявления такого ходатайства (отсутствия согласия). В случае если такое ходатайство не поступило или согласие не было получено, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания, исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле в силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Неправильная правовая оценка указанных высказываний, которая приводит к судебным ошибкам, влияет на обеспечение судом баланса между необходимостью восстановления доброго имени истца во мнении третьих лиц
или общества и конституционными правами, свободами ответчика, включая свободу мысли и слова, которые он вправе реализовать всеми не запрещенными законом способами.

В пункте 5 Обзора от 16.03.2016 разъяснено, что при решении вопроса о том, носят ли оспариваемые истцом сведения порочащий характер, а также для оценки их восприятия с учетом того, что распространенная информация может быть доведена до сведения третьих лиц различными способами (образно, иносказательно, оскорбительно и т.д.), судам в необходимых случаях следует назначать экспертизу (например, лингвистическую) или привлекать для консультации специалиста (например, психолога).

Из пункта 6 Обзора от 16.03.2016, следует, что предметом проверки при рассмотрении требований о защите деловой репутации в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть и содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения, если они носят оскорбительный характер. Информация, указывающая на противоправный характер поведения субъекта, носит оскорбительный характер, следовательно, даже при условии ее изложения как
субъективного мнения автора, может быть основанием для заявления требования о защите деловой репутации.

При рассмотрении дела не установлено, содержат ли оспариваемые истцами сведения порочащий характер, не дана надлежащая правовая оценка названному обстоятельству для квалификация распространенных сведений
по спору.

об исковой давности:

В Определении от 22.03.2011 № 435-О-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в соответствии с абзацем вторым статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.

Согласно статье 45 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 № 2124-1
«О средствах массовой информации» отказ в опровержении либо нарушение
установленного данным Законом порядка опровержения в течение года со дня
распространения опровергаемых сведений могут быть обжалованы в суд.

Следовательно, указание на годичный срок исковой давности касается только
требования о признании необоснованным отказа средства массовой информации в опровержении распространенных им сведений и помещении ответа истца в том же средстве массовой информации и не касается требования о защите чести, достоинства, деловой репутации – сроков исковой давности по таким требованиям законом не установлено. Положение абзаца второго статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации направлено на обеспечение права каждого на защиту своей чести и доброго имени согласно части 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации.

В пункте 14 Пленума № 3 разъяснено, что с учетом того, что требования о защите чести, достоинства и деловой репутации являются требованиями о защите неимущественных прав, на них в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

Судам необходимо иметь в виду, что в соответствии со статьями 45 и 46 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» отказ редакции средства массовой информации в опровержении распространенных им не соответствующих действительности порочащих сведений либо в помещении
ответа (комментария, реплики) лица, в отношении которого средством массовой информации распространены такие сведения, может быть обжалован в суд в течение года со дня распространения указанных сведений. Поэтому пропуск без уважительных причин названного годичного срока может служить самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска о признании необоснованным отказа редакции средства массовой информации в опровержении распространенных им сведений и помещении ответа истца в том же средстве массовой информации. При этом лицо, в отношении которого были распространены такие сведения, вправе обратиться в суд с иском к редакции средства массовой информации о защите чести, достоинства и деловой репутации без ограничения срока.

Исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре в порядке пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации или третьего лица, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно
предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков. Сторона, заявившая о применении срока
исковой давности в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального
кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

В силу части 3 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

По делу привлечено несколько ответчиков. При рассмотрении заявления о применении срока исковой давности суд не установил возможность распространения его в отношении всех привлеченных по делу ответчиков.

Названные обстоятельства не были учтены при рассмотрении заявленного по иску ходатайства о применении срока исковой давности.

 

Компания v. anticorr.media   /  22 апреля 2021

Спорная статья содержит утверждения о фактах, поскольку изложены в утвердительной форме, не содержат оценочных суждений, при прочтении складывается определенное мнение, не является выражением субъективного взгляда и может быть проверена на предмет соответствия действительности.

При этом содержащийся в статье контекст высказываний, характер их изложения и смысловая нагрузка, позволяют определить спорную информацию как порочащую и относящуюся и к ООО «N», поскольку являются утверждениями о нарушениях заявителем действующего законодательства, совершении нечестных поступков, неправильном, неэтичном поведении в общественной жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности.

Вместе с тем, данные утверждения могут быть подтверждены только соответствующими вступившими в законную силу судебными, административными и локальными актами организации.

При этом, ссылки на соответствующие акты, равно как и они сами, отсутствуют, дела подобных категорий в отношении заявителя или кого-либо из его сотрудников, никогда не рассматривались судами, а также административными и правоохранительными органами.

Следовательно, такие факты не имели места в реальности, а потому не соответствуют действительности и носят явно порочащий характер.

 

Фейковое сообщение о банкротстве   /  18 апреля 2021

В соответствии с пунктом 15 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016, распространение ложной информации о введении процедуры банкротства в отношении юридического лица, наличии у него значительных долгов наносит ущерб его деловой репутации. Информация о нахождении в процедуре банкротства существенным образом снижает заинтересованность участников гражданского оборота в налаживании деловых связей с обществом, в том числе инвестировании средств в принадлежащие ему объекты, поскольку предполагается, что лицо не может самостоятельно погасить имеющуюся у него задолженность. Для существующих контрагентов этого лица такого рода информация может послужить основанием для снижения объемов инвестирования в его деятельность. Следовательно, ложная информация такого рода умаляет деловую репутацию истца и влечет возникновение у него убытков.

При таких обстоятельствах вывод о недостоверном и порочащем характере оспариваемых сведений признается коллегией обоснованным, в связи с чем требования об их опровержении являются правомерными и подлежат удовлетворению.

 

Банк v. moscow-post.su (Небоход-Медиа)   /  7 апреля 2021

Суд об удалении всей статьи:

Требование об удалении статьи не основано на законе, поскольку в случае признания судом диффамационными (несоответствующими действительности и порочащими деловую репутацию) сведений, они могут быть удалены из статьи без удаления самой статьи.

Удаление всей статьи, а не диффамационных сведений из нее несоразмерно нарушению, и фактически будет являться санкцией, не предусмотренной законом. Удаление статьи явилось бы нарушением статьи статьи 29 Конституции Российской Федерации, предусматривающей право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, гарантирующей свободу массовой информации и запрет цензуры.

Ну и знаменитое определение ВС РФ по делу №А07-12906/2015 на марше:

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 16.12.2016 г. №309-ЭС16-10730 по делу №А07-12906/2015, информация, указывающая на противоправный характер поведения субъекта, носит оскорбительный характер, следовательно, даже при условии ее изложения как субъективного мнения автора, может быть основанием для заявления требования о защите деловой репутации.

Общий контекст статьи, характер её изложения и смысловая нагрузка позволяют определить всю изложенную в ней информацию как взаимосвязанную, порочащую деловую репутацию Истца.

 

Пекари v. neorabote.net   /  6 апреля 2021

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

 

Театр Олега Табакова v. газета «Новые известия»   /  20 марта 2021

О превратностях института компенсации репутационного вреда. Казалось бы, суды пришли к единому мнению: никаких компенсаций — только убытки. С доказыванием причинно-следственной связи, установлением сложившейся деловой репутации и проч. Тем не менее, судья АСГМ Андрей Чадов присудил театру О.Табакова именно компенсацию репутационного вреда. Апелляция, не сомневаемся, поправит.

В Определении от 04.12.2003 г. № 508-О Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя именно из правовой природы данного субъекта. При этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в т.ч. нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данный вывод основан на положении ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.
Размер компенсации не зависит от стоимости возможных имущественных потерь, связанных с распространением не соответствующих действительности, порочащих сведений, поскольку лицо, чья деловая репутация была нарушена, вправе требовать от нарушителя не только компенсации, но и возмещения убытков, причиненных распространением порочащих сведений.
В Постановлении от 17.07.2012 г. № 17528/11 Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что нематериальный (репутационный) вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права юридического лица, подлежит компенсации на основании п. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Между тем, суд считает, что заявленный размер компенсации является необоснованным и несоразмерным последствиям нарушения прав истца, в связи с чем подлежит снижению до 100.000 рублей.

 

Оценочная компания v. Небоход-медиа и Паритет пресс   /  17 марта 2021

Общий контекст статьи, характер её изложения и смысловая нагрузка позволяют определить спорную информацию как порочащую, поскольку являются утверждениями о нарушениях заявителем и его сотрудниками действующего законодательства, совершении нечестных поступков, неправильном, неэтичном поведении, недобросовестности при осуществлении предпринимательской деятельности, что в свою очередь безусловно создают у потенциальных партнеров, клиентов или заказчиков истцов ложное представление о том, что заявители, будучи субъектами предпринимательской деятельности, осуществляют её с грубейшими нарушениями действующего законодательства.

 

Дочка Газпрома v. kompromat.xyz, infox.ru и др.   /  16 марта 2021

Установить распространителя сведений, получить достоверные сведения о владельцах интернет — страниц также не представляется возможным, поскольку информация о владельцах отсутствует.

Данные факты подтверждаются ответами Управления Федеральной Службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Северо-западному округу от 17.11.2020 № 32739-05/78.

В этой связи, единственным способом защиты нарушенных прав Заявителя будет признание не соответствующими действительности, оскорбительными, порочащими деловую репутацию, подлежащими удалению, запрещенными к распространению на территории Российской Федерации в сети «Интернет» сведения.

 

Продюсеры v. super.ru   /  15 марта 2021

Московская кассация отменила постановление 9 ААС и оставила в силе решение суда первой инстанции, вернувшись к старому вопросу, как быть, если истец в порочащей публикации по имени не назван . Попутно высказавшись о том, может ли здесь помочь лингвистическое исследование:

Отказывая в удовлетворении настоящего иска, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в пунктах 7 и 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.05.2005 №3 «О судебной практики по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, учитывая общую смысловую направленность публикации, а также, сопоставив доводы истца и ответчика, исходил из того, что спорная публикация не содержит сведений в форме утверждений, порочащих деловую репутацию, истца, принимая во внимание, что утверждение истца, что оспариваемые им сведения содержат порочащую его информацию, само по себе не свидетельствует о том, что такая интерпретация оспариваемых сведений действительно является верной, негативная оценка указанной ситуации истцом сама по себе не может являться основанием для удовлетворения требований истца, при этом в оспариваемых истцом сведениях наименование ООО «N» не упоминается, соответственно, при отсутствии индивидуализации истца в распространенных сведениях отсутствует и негативная оценка конкретного лица, а именно истца, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Судом первой инстанции лингвистическое исследование от 26.09.2019 признано ненадлежащим доказательством, поскольку для вывода о том, распространена ли спорная информация в отношении истца, специальные знания не требуются, данное обстоятельство является вопросом факта.

 

Заявление на Федресурсе о намерении банкротить   /  11 марта 2021

Компания решила оспорить размещение контрагентом на сайте «Федресурс» — fedresurs.ru — сообщения о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Судья Арбитражного суда г. Москвы Евгения Киселева справедливо отметила:

Целью публикации сообщения о намерениях на Федресурсе является оповещение всех заинтересованных лиц о намерении обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. При этом, сами по себе распространенные сведения являются исключительно информационными и, соответственно, истцом не представлено доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что вышеуказанные сведения размещенные ответчиками, носят порочащий характер и тем самым наносят вред деловой репутации истца.

Оспариваемая информация, размещенная на официальном сайте Едином федеральном реестре юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности, не является недостоверной, поскольку ответчиком выполнялись требования Закона о банкротстве…

…Исходя из толкования слова «намерение», намерение лица совершить какое-либо действие в будущем является не фактом действительности, а его желанием, планом действий.

Соответственно, письменное либо устное сообщение о намерении представляет собой выражение вовне субъективного состояния лица, его готовности к совершению определенных действий. Поскольку утверждение о каком-либо факте при этом отсутствует, намерение не может быть проверено на предмет соответствия его действительности в момент его изъявления.

Утверждение истца о том, что под распространением сведений понимается, в том числе, обращение в ЕФРСДЮЛ с заявлением о намерении обратиться в арбитражный суд, содержащим порочащие сведения, поскольку в указанном случае имела место реализация конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

 

А1 v. forbes.ru   /  5 марта 2021

Арбитражный суд г. Москвы спустя 5 месяцев таки опубликовал текст решения суда по делу А1 («Альфа Групп») против журнала «Форбс» (forbes.ru). Надежды юристов А1 на проведение судебной лингвистической экспертизы и положительное решение не оправдались. Судья Евгения Киселева отказала в лингвистической экспертизе следующим образом:

С целью подтверждения заявленных требований, истцом было заявлено ходатайство о назначении лингвистической экспертизы фрагмента статьи «За Батуриной пришли рейдеры: что стоит за объявлением в розыск богатейшей женщины страны», размещенной по адресу: https//www.forbes.ru/millardery/390415-za-baturinoy-prishli-reydery-chto-stoit-za-obyavleniem-v-rozysk-bogateyshey, а именно: «В своем заявлении представитель Батуриной неожиданно связал постановление калмыцкого суда с А1 Михаила Фридмана. «Данное постановление — это очередной этап рейдерской атаки на г-жу Батурину со стороны структур А1 Михаила Фридмана, использующих ее давнего оппонента Виктора Батурина и его необоснованные требования», — заявил Теребков».

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения, возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Данная норма не носит императивного характера, а предусматривает рассмотрение ходатайства и принятие судом решения о его удовлетворении либо отклонении. При этом удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не обязанностью суда.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу ст. 71 АПК РФ подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.
Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон договора подряда о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В данном случае, поскольку вопросы о порочащем характере опубликованных сведений являются правовыми, относятся к исключительной компетенции суда и назначения лингвистической экспертизы не требуют, а также с учетом , представленных в материалы дела доказательств, суд считает, что основания для назначения экспертизы, предусмотренные ст. 82 АПК РФ, отсутствуют, дело может быть рассмотрено по имеющимся в деле доказательствам.

В связи с изложенным, суд считает ходатайство истца о назначении судебной экспертизы не подлежащим удовлетворению.

 

Вкладчик v. versia.ru и ООО «Диалан»   /  4 марта 2021

Апелляционная коллегия Мосгорсуда, отменяя отказное решение, привела любопытный довод:

Суд проигнорировал процитированное им разъяснение пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2010 года N 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации», согласно которому при разрешении дел, связанных с деятельностью средств массовой информации, необходимо принимать во внимание, что осуществление свободы выражения мнений и свободы массовой информации налагает особые обязанности, особую ответственность и может быть сопряжено с ограничениями, установленными законом и необходимыми в демократическом обществе для уважения прав и репутации других лиц, охраны государственной безопасности и общественного порядка, предотвращения беспорядков и преступлений, охраны здоровья и нравственности, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия (статья 29 Всеобщей декларации прав человека, пункт 3 статьи 19 и статья 20 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункт 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 29 и 55 Конституции Российской Федерации).

Стало быть, закон не допускает распространение средством массовой информации сведений, создающих мнение о том, что судебная система оставляет безнаказанным совершение преступлений.

Суд не учел характер публикаций, в которых средство массовой информации голословно обвиняет N в нарушении закона, безнаказанности за совершенные им преступления, придавая этим сведениям достоверность путем использования таких выражений как «достаточно просто сопоставить факты», «это вовсе не частное мнение обиженных людей», «вот еще одно доказательство». При этом суд не принял во внимание особые обязанности и особую ответственность средства массовой информации за нарушение ограничений, связанных с необходимостью уважения прав и репутации других лиц, предотвращения беспорядков, обеспечению авторитета и беспристрастности правосудия.

 

Астрент в делах о защите репутации   /  24 февраля 2021

Согласно пункту 1 статьи 308.3 ГК РФ, в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее — Постановление № 7) разъяснено, что на основании пункта 1 статьи 308.3 ГК РФ в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 ГК РФ), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (далее — судебная неустойка).

Уплата судебной неустойки не влечет прекращения основного обязательства, не освобождает должника от исполнения его в натуре, а также от применения мер ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение (пункт 2 статьи 308.3 ГК РФ).

В пункте 32 Постановления № 7 указано, что, удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения. Размер присуждаемой суммы определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

При этом в результате такого присуждения исполнение судебного акта должно для ответчика оказаться более выгодным, чем его неисполнение.

 

РСПП v. «Эхо Москвы»   /  24 февраля 2021

Российский союз промышленников и предпринимателей решил посудиться с радиостанцией «Эхо Москвы», но ошибся с подведомственностью. По мнению судьи Анны Мищенко спор не имеет экономического характера и находится в компетенции судов общей юрисдикции.

Таким образом, определяющим критерием для отнесения дела о защите деловой репутации к подведомственности арбитражного суда, является связь деловой репутации, в защиту которой заявлен иск, с предпринимательской и иной экономической деятельности истца, то есть экономический характер оспариваемых сведений.

Таким образом, в предмет исследования арбитражного суда по вопросу о подведомственности конкретного спора о защите деловой? репутации входит установление того, связан ли спор с предпринимательской? и иной? экономической? деятельностью истца.

Критериями отнесения спора к подведомственности арбитражного суда являются субъектный состав, а также экономический характер спора, применяемые в совокупности.

Исходя из предмета и основания иска, оспариваемые Истцом сведения не имеют экономического характера, не относятся к осуществлению РСПП соответствующей целям его создания предпринимательской и иной экономической деятельности.