Защита деловой репутации

Что ж, следим за диффамационным процессом века - Ханс Ниманн против Магнуса Карлсена, Chess.com и Хикару Накамуры. Жесткость исковых формулировок зашкаливает:

Notorious for his inability to cope with defeat, Carlsen snapped. Enraged that the
young Niemann, fully 12 years his junior, dared to disrespect the “King of Chess,” and fearful that the young prodigy would further blemish his multi-million dollar brand by beating him again, Carlsen viciously and maliciously retaliated against Niemann by falsely accusing Niemann,
without any evidence, of somehow cheating during their in-person game and demanding that the
organizers of the Sinquefield Cup immediately disqualify Niemann from the tournament

9ААС о конкуренции исков - «материально-правового» и «репутационного» и о возможности приостановления производства по делу о защите деловой репутации:

Суд первой инстанции не установил в обжалуемом определении, в чем конкретно выразилась правовая зависимость между делом, рассматриваемым в Арбитражном суде города Москвы и делом № 2-2353/22, рассматриваемым в Хорошевском районном суде г. Москвы, какие процессуальные или материальные последствия для разбирательства настоящего дела повлечет рассмотрение виндикационного требования, которое является предметом судебного разбирательства в рамках рассмотрения дела № 2-2353/22.

При этом, заявленное виндикационное требование ответчика, само по себе не исключает возможность рассмотрения настоящего иска о защите деловой репутации, так как не влияет на доказанность/недоказанность фактических сведения изложенных ответчиком в публикации, в частности обвинение в совершении преступления.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области о ложном сообщении о банкротстве:

Между тем, после того как истец оплатил задолженность, что не оспаривается ответчиком, нахождение спорного сообщения в Реестре, где оно может быть обнаружено посредством сервиса поиска, перестало соответствовать действительности. Поскольку сторонами не оспаривается, что указанное сообщение безусловно наносит ущерб деловой репутации, оно подлежит удалению.

Классика диффамационного жанра! «Одна из пассажиров самолета выложила в Сеть видео, в котором говорится…» - продолжение может быть любым. Но не помогло!

Судом установлено, что спорная информация содержит утверждения о фактах, поскольку изложена в утвердительной форме, не содержит оценочных суждений, при ее прочтении складывается определенное мнение, не является выражением субъективного взгляда и может быть проверена на предмет соответствия действительности.

Верховный суд России о компетенции российского суда и возможности применения российского права в споре с иностранцем:

Удовлетворяя исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьями 150, 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из того, что спорные утверждения сформулированы в утвердительной форме, носят порочащий характер, не соответствуют действительности. При этом суды пришли к выводу о наличии компетенции Арбитражного суда г. Москвы по рассмотрению данного спора и необходимости применения российского права.

Принимая обжалуемое постановление, суд округа, руководствуясь статьей 247 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2019 № 24 «О применении норм международного частного права судами Российской Федерации», согласился с выводами нижестоящих судов о наличии у государственных судов Российской Федерации компетенции по рассмотрению данного спора, а также о возможности применения российского права к спорным правоотношениям.

Девятая апелляция опять разбиралась с набившими оскомину «похоже», «якобы», «по всей видимости»:

Вопреки доводам ответчика, оспариваемые истцом сведения являются ключевыми в тексте статьи и носят утвердительный характер, а использование в статье слов-маркеров («похоже», «судя по всему», «якобы», «по всей видимости» и др.), которые могли бы свидетельствовать об оценочности суждений автора и его личном мнении, само по себе об этом не свидетельствует, поскольку оспариваемые сведения должны оцениваться судом, исходя из смыслового содержания спорного текста в целом и контекста, в котором содержатся ключевые выражения. Согласно правовой позиции Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 Обзора практики рассмотрения судами дел о защите чести, достоинства и деловой репутации от 16.03.2016, не требуется доказывать соответствие действительности каждого отдельно взятого слова или фразы, необходимо исходить из ключевых утверждениях о фактах, которые составляют существо оспариваемого высказывания.

АСГМ о субъективном мнении:

При рассмотрении дел данной категории необходимо также учитывать, что в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Кроме того, удовлетворение заявленных требований означало бы отступление от конституционных гарантий свободы слова, поскольку согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации каждому в Российской Федерации гарантируется также свобода мысли и слова, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (статья 29, части 1 и 4 Конституции Российской Федерации).

Право каждого человека на свободное выражение своего мнения, включая свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию, идеи независимо от государственных границ, устно, письменно, посредством печати или иными способами по своему выбору, закреплено Международным пактом о гражданских и политических правах, в котором подчеркивается, что пользование этими правами налагает особые обязанности и особую ответственность и что их ограничения устанавливает закон в целях уважения прав и репутации других лиц, охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения (пункты 2 и 3 статьи 19).

…Спорные высказывания являются субъективным мнением, носят оценочный характер не образуют состава гражданско-правового правонарушения. Категоричность изложенного частным лицом мнения о товаре либо продавце не является основанием для признания такого мнения не соответствующим действительности и/или порочащим утверждением о фактах или событиях..

В контексте указанных писем словосочетание «неправомерные действия» имеет негативное значение и употреблено в отношении ФГУП «N» с целью сформировать мнение о его недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота.

Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации деловая репутация является нематериальным благом, защищаемым в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных.

Арбитражный суд Московского округа продолжает исправлять негативную практику отказа во взыскании убытков, связанных с порочащими публикациями.

Следовательно, юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено действиями по распространению сведений, порочащих такую репутацию, вправе требовать восстановления своего права при доказанности общих условий деликтной ответственности (наличия противоправного деяния со стороны ответчика, неблагоприятных последствий этих действий для истца, причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий на стороне истца) (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.07.2012 № 17528/11). Наличие вины ответчика презюмируется (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации)….

…В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Дело интересно еще и тем, что истец обращается к популярному ныне аргументу:

В дополнениях к кассационной жалобе истец указывает, что с учетом введения в конце февраля - начале марта 2022 года, в том числе Соединенными Штатами Америки ограничительных (политических и экономических) мер в отношении Российской Федерации, юридических и физических лиц, принятием государственными органами Российской Федерации ряда мер поддержки отечественных производителей, статуса ответчика (местом нахождения ответчика являются Соединенные Штаты Америки), в случае признания незаконности судебных актов в обжалуемой части, их отмена в данной части будет отвечать задачам судопроизводства и способствовать укреплению экономики Российской Федерации.

АС МО, правда сказать, по этому поводу никак не высказался.

Если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации. Если эти сведения были распространены в средстве массовой информации с указанием лица, являющегося их источником, то это лицо также является надлежащим ответчиком. При опубликовании или ином распространении не соответствующих действительности порочащих сведений без обозначения имени автора (например, в редакционной статье) надлежащим ответчиком по делу является редакция соответствующего средства массовой информации, то есть организация, физическое лицо или группа физических лиц, осуществляющие производство и выпуск данного средства массовой информации.

В виду того, что сведения, распространенные путем размещения на указанных выше Интернет-ресурсах в отношении ООО «N» не соответствуют действительности, порочат его деловую репутацию, которая может быть подтверждена только судебным актом, и иной технической возможности реализовать право заявителя на эффективную защиту деловой репутации, в целях восстановления положения заявителя, существовавшего до нарушения права, заявитель полагает, что оспариваемые сведения, размещенные на вышеуказанных Интернет-ресурсах, могут быть отнесены к категории информации, распространение которой на территории Российской Федерации запрещено, и включены в Единый реестр.

В очередной раз одна из сетей решила поспорить с потребителем. Как часто бывает - неудачно. Можно, конечно, задаться вопросом - были ли шансы выиграть суд. Однако, среди обычных аргументов суда: недоказанность распространения ответчиком (спишем на неподготовленность к процессу истца), свободу выражения мнения и пр., обращает на себя внимание и такое утверждение.

Кроме того, публикации, которые требует удалить истец, не содержат фактов, соответствие действительности которых можно было бы проверить.
Публикация 1). «Гипермаркет … торгует фальсифицированными антиперспирантами. Производитель не указан, на одежде оставляет белые пятна, на подмышках раздражение, в душе досаду и желание обматерить руководство …».
В данном отзыве покупателя отсутствует фактологическая информация: не указано название антиперспиранта, событие не локализовано по времени и территориально. Кем, когда и в каком из гипермаркетов … куплен антиперспирант.

Зачем подобный довод понадобился суду? Не понятно. Гиперформально понятая проверка на соответствие действительности удивляет. Если все-таки бремя доказывания соответствие действительности на стороне ответчика, то он и должен привести хотя бы один факт, «локализованный в пространстве и времени».

Удивительное дело. На протяжении всего процесса не покидало ощущение, что истец просто «закинул» иск в суд, не озаботившись ничем. Мы представляли второго ответчика - ООО «Колизеум», с чем его и поздравляем!

В соответствии с установившейся практикой Европейского суда по правам человека свобода выражения мнения составляет одну из существенных основ демократического общества и одно из главных условий для его прогресса и самореализации каждого гражданина. С учетом пункта 2 статьи 10 Конвенции тащите прав человека и основных свобод, свобода выражения мнения распространяется не только на «информацию» или «идеи», которые благосклонно принимаются или считаются безвредными или нейтральными, но также на оскорбляющие. шокирующие или причиняющие беспокойство. Таковы требования плюрализма, терпимости и широты взглядов, без которых невозможно «демократическое общество» (Постановление от 08.04.2010 г. по делу «Безымянный против Российской Федерации»)». Указанная правовая позиция получила неоднократную поддержку в российской судебной (в том числе арбитражной) практике…

Кроме того, согласно общепринятых принципов и норм международного права, а также учитывая позицию Конституционного Суда РФ (Постановление Конституционного Суда РФ от 09.07.2013 №18-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1, 5 и 6 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации») и Верховного Суда РФ (п. 11 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г., п. 2, 7, 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»), право на публикацию отзывов о деятельности коммерческих организаций (в том числе негативных) является важным элементом системы защиты прав потребителей, поэтому ограничение потребителей в создании негативных отзывов не допускается. В данном случае частные мнения автора могут быть оспорены заинтересованным лицом в порядке полемики, то есть ответа, реплики или комментария.

Любопытное решение, которое вряд ли могло состояться в АСГМ. В качестве ответчика - регистратор доменных имен, который, насколько можно предполагать, предлагает клиентам услугу сокрытия данных администратора и указывает себя в соответствующей строке whois. Самое забавное - это наименование багамского администратора. «WHOIS PRIVACY CORP»!

Согласно информации, полученной с помощью Whois сервиса, администратором и владельцем сайта является ответчик…

…Обязать иностранное юридическое лицо - WHOIS PRIVACY CORP (номер компании: 171546, OCEAN CENTRE, MONTAGU FORESHORE, EAST BAY STREET, NASSAU, NEW PROVIDENCE, Багамские острова, SS-19084) в течение трех дней с даты вступления в законную силу решения суда по настоящему делу удалить не соответствующие действительности и порочащие деловую репутацию

Арбитражный суд г. Москвы удовлетворил, апелляция отказала, кассация же все отменила, отделавшись самыми общими словами. Как теперь быть судье первой инстанции?

В силу изложенного без исследования и правовой оценки оспариваемых в рамках настоящего дела сведений на предмет того являются ли данные сведения выражением субъективного мнения и взглядов ответчиков, то есть являются ли предметом судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не может признать обоснованными выводы судов. При этом следует указать, что судебные акты (как решение суда первой инстанции, которым удовлетворены заявленные исковые требования в части, так и постановление суда апелляционной инстанции, которым отказано в удовлетворении заявленных исковых требований) не содержат правовой анализ оспариваемых в рамках настоящего дела сведений по вышеуказанному вопросу.
После выяснения данных вопросов, в случае если суды придут к выводу о том, что оспариваемые в рамках настоящего дела сведения (информация) являются предметом судебной защиты в порядке, предусмотренном ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует проверить указанную информацию на соответствие действительности с учетом правильного распределения бремени доказывания и разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума ВС РФ от 24.02.2005 № 3.

Разве что, назначить лингвистическую экспертизу, как на то намекают в АС МО:

При этом суд кассационной инстанции считает необходимым обратить внимание на то, что согласно абзацу второму п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23, если при рассмотрении дела возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, и согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза не может быть назначена по инициативе суда, то при отсутствии ходатайства или согласия на назначение экспертизы со стороны лиц, участвующих в деле, суд разъясняет им возможные последствия незаявления такого ходатайства (отсутствия согласия).

Следует также указать на то, что формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу.
Таким образом, в тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных исковых требований и конкретных обстоятельств дела, суд праве назначить проведение по делу судебной экспертизы.